Социология в Украине

Ленин (Ульянов) Владимир Ильич (10.04.1870, Симбирск — 21.01.1924, Горки)

Ленин (Ульянов) Владимир Ильич (10.04.1870, Симбирск — 21.01.1924, Горки)Ленин (Ульянов) Владимир Ильич (10.04.1870, Симбирск — 21.01.1924, Горки) - русский марксист, основатель большевизма - радикально-экстремистского течения в Российской социал-демократии - и идеолог Советской власти как нового ТИПА общественно-политического строя и цивилизации, основанных на государственности тоталитарного типа. Своими культурологическими ТЕОРИЯМИ, входившими как частный СЛУЧАЙ в целостную политико-идеологическую доктрину, получившую после смерти Ленина название ленинизма, непосредственно повлиял на теорию и практику тоталитарной культуры в России, Германии, Италии и др. странах мира, а также на культурологические разделы и аспекты всех социалистических и коммунистических учений 20 в., многих демократических и либеральных концепций, а косвенно - на всю культурологию 20 в.
Родился в семье средней интеллигенции (отец - видный губернский чиновник министерства просвещения, мать - дочь известного врача), литературно-художественные, философские и политические вкусы которой были достаточно типичны: демократическая публицистика 60-70-х гг., Некрасов и поэты-искровцы, классические русские романисты, материалистическая западно-европейская и русская ФИЛОСОФИЯ, просветительские и революционно-демократические идеи 18-19 вв., живопись русских передвижников и т.п. Получил образование в классической гимназии (1887) и на юридическом факультете сначала Казанского (исключен за участие в студенческих волнениях, в декабре 1887 арестован и выслан в дер. Кокушкино Казан, губ.), затем Петербургского УНИВЕРСИТЕТА (окончил в 1891, экстерном), однако в области юриспруденции практически не работал (неск. месяцев в Самаре, а полученные знания по истории и теории гос-ва и права в дальнейшем использовал по преимуществу как материал для обоснования неизбежности революции и как предмет революционного пересмотра законов и норм в духе политической диктатуры.
Большое влияние на формирование революционных убеждений Ленина оказал его старший брат народоволец Александр Ульянов, казненный в мае 1887 за участие в покушении на Александра III, стимулировавший ПОДСОЗНАТЕЛЬНОЕ стремление Ленина к мести режиму за всех пострадавших от него. От брата Ленин усвоил моральное и политическое оправдание террора как средства достижения определенных общественных целей, а также любовь к Чернышевскому, Добролюбову, Писареву, ставшими в его культурфилосовфской концепции не менее важным идейно-теоретическим источником, нежели классическийМАРКСИЗМ, с которым он познакомился в 1888 в казанском кружке Н. Федосеева - вместе с работами первого русского марксизма Г. Плеханова.
В 1893 в Петербурге начинается литературная и политическая ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ Ленина, тесно связанная с профессорской работой революционера-нелегала (с 1895 в рамках "Союза борьбы за освобождение рабочего КЛАССА", затем в создаваемой при активном и лидирующем участии Ленина социал-демократической партии), вскоре (после отбытия трехлетней ссылки в с. Шушенском) переместившаяся в эмиграцию (1900-05, 1907-17). Именно соединенное влияние революционного подполья и эмиграции обусловило особое место Ленина и его идей в русской и мировой культуре 20 в.
Пафос первых печатных работ Ленина направлен против ЛИБЕРАЛИЗМА (включая легальный марксизм) и умеренного народничества. Осуждая в первом ОБЪЕКТИВИЗМ и ученую аполитичность, а во втором - субъективизм и романтизм, Ленин сочетает в своей концепции общественного развития учет социально-экономических факторов (развитие капитализма в России) и в то же ВРЕМЯ апологию революционного насилия, способного преобразовать действительность в соответствии с заданным идеальным планом сознательно организуемого и направляемого революционерами-профессионалами. Это противоречивое сочетание объективности (до тех пор, пока она не мешает субъективным планам) и субъективного стремления к достижению поставленных целей (средствами политического экстремизма) наложило неизгладимый отпечаток на социально-политические, философские и культурологические взгляды Ленина.
В отличие от Плеханова, развивавшего идеи МАРКСА и Энгельса в ортодоксальном, "западническом" духе, предполагавшем приоритет экономики над политикой и идеологией; складывание объективных исторических условий для осуществления социалистической революции; относительную свободу революционера от партии, к которой он принадлежит, и т.п., Ленин, также придерживавшийся в марксизме вполне ортодоксального направления, в то же ВРЕМЯ невольно склонялся к национальным традициям СОЦИАЛИЗМА в России, учитывавшим ее по преимуществу крестьянский характер, общую социальную пассивность народных масс, гегемонию профессионально-революционного меньшинства, идеократический ТИП Российского государства, АВТОРИТЕТ печатного слова, приоритет политики над экономикой, культурой, бытом, строгую партийность, выражавшуюся в жестком централизме, конспиративности, беспрекословной дисциплине, подчинении меньшинства большинству, подконтрольности всех сфер деятельности партийному руководству.
Полемизируя с Лениным, Плеханов обвинял его в бланкизме, постнародническом ВОЛЮНТАРИЗМЕ и субъективизме, в верности традиционным для России принципам восточного деспотизма ("идеал Иранского шаха"). Однако органичное соединение марксистских идей с заговорщицкой тактикой П. Ткачева и С. Нечаева, со стихийно-анархическими, почвенными истоками "русского БУНТА" Стеньки Разина, соединявшего в себе, по пушкинской характеристике, "бессмысленность" и "беспощадность", обусловило понятность и популярность большевизма как национального феномена русской культуры (гораздо большие, нежели прозападного меньшевизма или народничества, проникнутого ИНДИВИДУАЛИЗМОМ), что привело, по словам Н. Бердяева, к "русификации и ориентализации марксизма" в России (Бердяев Н.А. Истоки и смысл рус. КОММУНИЗМА. М., 1990. С. 86-89).Не случайно соратник Л. в Окт. революции ТРОЦКИЙ, сравнивая вождя ПРОЛЕТАРИАТА с Марксом, усматривал в Л. национально-рус, начало: "свободу от рутины и шаблона, от фальши и условности, решимость мысли, отвагу в действии", революционный размах, "страшную" простоту, утилитарность и АСКЕТИЗМ - как "внешнее выражение внутреннего сосредоточения сил для действия", "хозяйскую мужицкую деловитость - только в грандиозном масштабе", "интуицию действия", что "по-русски зовется сметкой", - "мужицкую сметку, только с высоким потенциалом, развернувшуюся до гениальности" (Троцкий Л.Д. К истории русской революции. М., 1990. С. 234-236).
Именно эти черты Ленина во многом обусловили его подход к культуре, культурному наследию, культурной политике, определили общий характер его культурологических высказываний и сочинений. Отсюда у Ленина идет явное предпочтение "дела" - "слову" (даже художественная литература для Ленина - "литературное дело"), трудящихся - интеллигенции, политики - культуре, народных масс - неповторимым личностям, организационной дисциплины - идейным "исканиям" и "шатаниям" "невменяемых" художников. Отсюда - ОТНОШЕНИЕ к культуре вообще как к ненужной "роскоши", своего РОДА "барству", и сведение культуры к прикладным средствам политики, орудиям пропаганды, не имеющим самостоятельной ЦЕННОСТИ в общественной жизни. Из немногочисленных работ Ленина, специально посвященных проблемам культуры в контексте общеполитических суждений и оценок, со всей очевидностью вытекает его стройная и последовательная теоретическая концепция культуры как специфического "придатка" политики, - от политики производного и политике подчиненного. Уже в сравнительно ранних работах "С чего начать?" (1901) и "Что делать?" (1902) Л. обращается к философским, научным и литературным явлениям исключительно утилитарно: с точки зрения их социально-политической, революционной целесообразности; когда политические функции тех или иных культурных явлений (например, литературы) исчерпываются, они отбрасываются (подобно лесам при строительстве здания). Зато работу политические организации (нелегального кружка, редакции газеты, партии), классовую и межпартийную борьбу, вооруженное ВОССТАНИЕ, революцию в целом Ленин возводит в РАНГ высокого профессионального "искусства" и тем самым причисляет к высшим формам культурной деятельности.
Здесь же Ленин обосновывает принцип "нетерпимости" по отношению к любой "несоциалистической идеологии" и неизбежность идеологической борьбы в культуре за утверждение политических идеалов; выступает против "свободы критики", представляющей опасность для АВТОРИТЕТА и влияния социалистической культуры и идеологии. Наиболее четко и ясно концепция культуры была изложена Л. в статье "Партийная ОРГАНИЗАЦИЯ и партийная литература" (1905), опубликованная в легальной газете, издававшейся М. Горьким,- "Новая Жизнь", и ставшей достоянием широкой читающей публики, в т.ч. творческой интеллигенции. В этом воинствующем манифесте большевизма по вопросам культуры постулируются осн. принципы тоталитарной культуры:
1) все явления культуры - составные части единого полит, ("общепролетарского") дела;
2) все компоненты культуры, связанные в одно целое классовым подходом и социал-демократической "партийной работой", становятся "подотчетными" партии, которая призвана "следить" за ними, "контролировать" их;
3) индивидуальное творчество подчиняется "коллективности", вплоть до решения вопросов науки, философии, эстетики "по большинству голосов", - тем самым, якобы, преодолеваются "буржуазный ИНДИВИДУАЛИЗМ", "литературный карьеризм" и "барский АНАРХИЗМ" деятелей культуры, а сами явления культуры оказываются не только в тесной и неразрывной связи с полит. движением данного класса, но и способны прямо "слиться" с ним;
4) все формы "неклассовой" культуры, вне- или надпартийная позиция творческих работников объявляются "лицемерием","фальшивыми вывесками";
5) свобода творчества объявляется иллюзией (сознательным обманом или бессознательным самообманом): в буржуазном обществе это замаскированная (или лицемерно маскируемая) зависимость от "подкупа, от содержания", в социалистическом - "идея социализма и сочувствие трудящимся".
В своей полемической книге "Материализм и эмпириокритицизм" (1908) Ленин распространил принцип "партийности" на философию и науку, изобличая мнимую "нейтральность" философов по отношению не только к религии, агностицизму и ИДЕАЛИЗМУ, но и к социологии, истории, политэкономии, даже к естествознанию; тем самым ученые превратились у Ленин в "ученых приказчиков" класса капиталистов или теологов. Культура, т.о., по Ленину, всегда нормативна и без исключения подлежит закономерностям социально-политических явлений (классов, партий, обществ, движений, государственных образований, идеологических течений и т.п.).
В цикле статей Л. о Л. Толстом (1908-11) великий русский художник и мыслитель предстает в качестве классово-противоречивого политического явления, в котором причудливо соединились черты помещика и патриархального крестьянина, ПСИХОЛОГИЯ "хлюпика"-интеллигента и изощренная "поповщина". Ленин однозначно решает, что в наследии Толстого "отошло в прошлое", а что "принадлежит будущему", руководствуясь современной ему точкой зрения социал-демократического пролетариата". Так, Ленин одобряет Толстого-публициста за то, что тот "бичевал" "буржуазную науку", боролся с "казенной ЦЕРКОВЬЮ", отрицал "частную поземельную СОБСТВЕННОСТЬ", обличал капитализм и расходился с либеральной публицистикой (тем самым выступая как "зеркало революции"); но он же отвергает учение Толстого о "непротивлении злу" НАСИЛИЕМ, его призывы к "нравственному самоусовершенствованию", его апелляцию к "вечным" началам нравственности и религии, его доктрину "совести" и всеобщей "любви" - как реакционные тенденции, приносящие революции "самый непосредственный и самый глубокий вред". По той же модели Ленин судит о Герцене, Белинском, славянофилах, Чернышевском, Добролюбове, Некрасове и Тургеневе, Гончарове и Щедрине, Чехове и Горьком, Розанове и Суворине, Маяковском и Д. Бедном, "веховцах" и А. Аверченко. В классическом культурном наследии следует, по Ленину, отбирать лишь то, что представляется "нужным", политически прагматичным, т.е. соответствует целям и задачам БОЛЬШЕВИКОВ в русской революции (принцип культурной селекции). Отождествляя культурно-исторический процесс с социально-историческим, Ленин обосновал концепцию "трех этапов" в истории русской культуры 19-20 вв. в соответствии с той РОЛЬЮ, какую играли в российским революционном движении три класса - дворяне, разночинцы и пролетариат. Соответственно культурное значение тех или иных явлений и деятелей отечественной культуры измеряется лишь мерой их революционности (на этом основани Ленин, например, отрицал какое-либо место в истории русской мысли и литературы "архискверного" Достоевского; имя Вл. Соловьева он вычеркнул из списков деятелей русской культуры, заслуги которых должны быть увековечены воздвижением скульптурных памятников; с презрением отзывался о политической беспринципности и художественной "невменяемости" Ф. Шаляпина и т.п.).
Накануне и в разгар Первой мировой войны Ленин сформулировал концепцию "двух культур" в каждой национальной культуре, предполагающую различать "господствующую культуру" эксплуататорских классов и "элементы демократической и социалистической культуры", присущей "трудящимся и эксплуатируемой массе"("Критические заметки по национальному вопросу", 1913). Деление Ленина национальной культуры на две неравные части очень близко типологическому соответствию между элитарной и массовой культурами и содержит в себе этот оттенок; однако у Ленина различение "двух культур" имеет прежде всего политический смысл - господства и подчинения: культура как инструмент политики в руках разных социальных сил имеет различное, а подчас и противоположное содержание и направленность, служа тому или иному господину в его властных целях. В основании ленинской концепции "двух культур в одной" лежат старые просветительские идеи (французских энциклопедистов) о социальном и культурном неравенстве и возможности его преодолеть силами культуры (сравните, в частности, афористическое выражение Дизраэли: "Two nations", столь любимое и часто повторяемое Лениным). Другой принципиальный источник теории Ленина - бинарный, расколотый характер самой русской культуры, постоянно воссоздающей антиномические пары и идейную конфронтацию (западники - славянофилы, консерваторы - радикалы, революционеры - либералы и т.п.). Вывод о противоборстве "двух культур" в одной справедлив в отношении русской культуры (и смежных с ней других национальных культур России), и здесь Ленин не одинок: вместе с ним его разделяли такие его современники, как Мережковский и В. Иванов, Блок и Бунин, Бердяев и Гершензон. Однако перенесение этих представлений на всю мировую культуру было неправомерным обобщением, продиктованным политическим фанатизмом и партийно-классовой тенденциозностью мыслителя. Революционеры и социалисты, по утверждению Ленина, должны "брать" из каждой национальной культуры "только" ее демократические и социалистические элементы, которые в принципе интернациональны, - "в противовес" буржуазной "культуре" (у Ленина в кавычках!) с ее принципом "культурно-национальной автономии", т.е. НАЦИОНАЛИЗМОМ, с которыми необходимо бороться. "Ассимилирование наций" - это, по Ленину, один из "величайших двигателей" культуры, превращающих капитализм в социализм, и один из показателей всемирного культурно-исторического ПРОГРЕССА.
Воплощением социалистического интернационализма Ленин считал общую для различных наций "пролетарскую культуру" как высшее ДОСТИЖЕНИЕ мировой культуры, разделяя в этом отношении утопические воззрения А. БОГДАНОВА, Луначарского, Воровского, БУХАРИНА и др. своих соратников по большевизму. Между тем на практике сторонниками пролетарского интернационализма в условиях мировой войны оказывалось незначительное меньшинство представителей отечественной культуры; в то время как принципы культурно-национальной автономии разделяло культурное большинство России - от Гучкова и П. Струве до Плеханова - т.е., по Ленину, "чрезвычайно широкое и глубокое течение", склоняющееся к "шовинизму" (в ленинском понимании). Т.о., концепция "двух культур" послужила основой для будущей "селекционной" культурной политики, благодаря которой нормативные требования к актуальной культуре могли отражать ИНТЕРЕСЫ, вкусы и идейные взгляды не большинства нации или деятелей культуры, а большевистского меньшинства, монополизировавшего критерии ОЦЕНКИ и отбора культурных явлений и мастеров культуры, включаемых в "социалистическую культуру". После Октябрьского ПЕРЕВОРОТА культурологические идеи Ленина, ставшего не только главой советского правительства, но и идейным вождем нации, немедленно начали претворяться в жизнь. Одним из первых декретов советской власти был декрет о печати, фактически запрещавший все периодические издания, оппозиционные новому правительству; вводилась политическая цензура, со временем все ужесточавшаяся; начались гонения на интеллигенцию, огульно подозреваемую в сочувствии контрреволюции и подкупленности буржуазией. В полемике с Горьким, защищавшим от репрессий деятелей науки и искусства, Ленин утверждал, что ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ - это не "мозг нации, а г...", что таким "талантам", как, например, Короленко, полезно "посидеть недельки в тюрьме". В 1922 по прямому указанию Ленина органы ВЧК осуществили высылку из страны около 300 крупных ученых, философов, писателей, университетских профессоров - как превентивную меру "устрашения" оппозиционной интеллигенции ("несколько сот подобных господ выслать за границу безжалостно"). Гражданская ВОЙНА в сфере политики была перенесена Лениным в сферу идеологии и культуры. Оппозиционные деятели культуры (например, историк Р. Виппер или социолог П. СОРОКИН) оставались для Ленина до конца его дней "крепостниками", "черносотенцами", "белогвардейцами", "прислужниками буржуазии", т.е. идейно-политическими врагами. Вредной признавалась вся т.н. "профессорская" культура (термин Ленина).
Особый ЭПИЗОД в истории советской культуры начала 20-х гг. представляет борьба Ленина с "Пролеткультом" - мощной и разветвленной организацией, охватывавшей самодеятельные массы рабочих и вовлекавших их в процесс культурного творчества. Ленин усмотрел в деятельности "Пролеткульта", взявшего на вооружение теорию пролетарской культуры А. Богданова, происки потенциально враждебной КОММУНИЗМУ интеллигенции, замаскировано насаждающей "буржуазные философские взгляды", ревизующей марксизм и пропагандирующей "извращенные" футуристические вкусы, а вместе с тем - тенденции аполитизма, автономии от партийно-государственного руководства. В самой его популярности Ленину виделась опасность утратить контроль и влияние на культурные процессы со стороны коммунистической партии и советского государства. По настоянию Ленина было принято специальное Письмо ЦК РКП (1920), в котором осуждалось проникновение в пролеткульты "социально-чуждых" "интеллигентских" элементов. По существу, это означало объявление чистки в прокоммунистической культурной среде и ужесточение идеологической и культурной политики большевиков в Советской России. Увлеченный идеями мировой революции, Ленин был поначалу готов утверждать, что культура вообще противоречит революции, в принципе мешает ей: в западноевропейских странах революционному пролетариату противостоит "высшая мысль культуры" и рабочий класс находится "в культурном рабстве". В этом смысле революционная борьба совпадала по своему пафосу и целям с "культуроборчеством". Однако постепенно Ленин пришел к выводу о необходимости достижения "определенного уровня культуры" для создания социализма, т.е. осуществления "культурной революции" - вслед за политической. Последние письма и статьи Ленина, получившие название "политического завещания" (конец 1922 - начало 1923), целиком посвящены этой проблематике. Отныне "центр тяжести" в политике переносится у Ленина на "культурничество". Отказываясь от услуг "буржуазной интеллигенции", Ленин стремился превратить коммунистов, как сознательный и дисциплинированный отряд политработников, в носителей и пропагандистов "нужной" социализму культуры (избирательно даже включая в нее культуру "буржуазную", поставленную на службу новому строю,- например, достижения науки и техники, научной организации труда, передовые технологии).
В советский период деятельности Ленин представлял задачи культуры как "переваривание" приобретенного политического опыта, внедрение его в быт, в привычки и практические НАВЫКИ трудящихся. Формулируя перед коммунистами ближайшие цели культурной работы, Ленин рассматривал НЭП как "приноровление" культуры "к уровню самого обыкновенного крестьянина", и уже в самом факте низведения КУЛЬТУРных ценностей до обыденного сознания масс видел исторический ПРОГРЕСС (демократизацию культуры). "Приучение населения" управлять, торговать, пользоваться книжками, привитие организационных навыков, внедрение в "повседневный обиход" политических идей, овладение техникой и практическими знаниями, даже усвоение "потогонной системы" организации труда Тейлора - все это, по Ленину, и есть необходимая Советской России культура, способствующая повышению ее "цивилизованности". Сюда же относится ленинский план "монументальной пропаганды", выделение кино, с его наглядностью и доступностью неграмотным массам, как "важнейшее из искусств" ("для нас", т.е. большевиков) - в смысле той же политической пропаганды.
Весь круг культурологических идей, намеченных Лениным незадолго до смерти, получил впоследствии наиболее органичное продолжение и развитие прежде всего в работах Бухарина и вместе с последним был надолго изъят из обихода советской культуры до хрущевской "оттепели". Дальнейшее развитие тоталитарного строя и тоталитарной культуры в СССР показало утопичность большинства культурологических идей и прогнозов Ленина этого периода, потребовало их принципиальной корректировки, а подчас и прямого пересмотра в сталинскую эпоху, хотя апелляция к ленинскому АВТОРИТЕТУ после его смерти не только продолжалась, но и приобрела подлинноКУЛЬТОВЫЕ формы, наиболее одиозные именно тогда, когда сталинская ПОЛИТИКА более всего контрастировала с ленинской. Тем не менее между ленинской и сталинской концепциями культуры и типами культурной политики существует органическая преемственность. Там, где Ленин является продолжателем культурологических идей русских радикалов 19 в. (прежде всего Белинского, Чернышевского, Добролюбова, Писарева, Михайловского, Ткачева, Плеханова), СТАЛИН был интерпретатором только ленинских политических и социокультурных идей, казуистически отмежевываясь от их ТОЛКОВАНИЯ Троцким, Бухариным, Луначарским, А. Воронским и др. Там, где Ленин проводит лишь политику жесткого авторитаризма, Сталин опирается на "пирамидальную" МОДЕЛЬ тоталитарного государства, в основании которого лежат аморфные и безликие народные массы, костяком которого является мощная бюрократии. СТРУКТУРА партийно-государственного аппарата, а на вершине находится харизматический ВОЖДЬ, творящий по своей воле новую социокультурную реальность. Однако основы тоталитарной культуры были заложены именно Лениным.
Он первый начал превращение марксовского и плехановского социализма из науки обратно в утопию, в политическую светскую религию; Ленин, как заметил Плеханов, подменил анализ и учет объективных факторов истории субъективно-волюнтаристскими, развив поздненароднические идеи и придав им бланкистский (ткачевско-нечаевский) характер политического заговора; он, по наблюдению Н. Бердяева, ориентировал и русифицировал марксизм; вслед за В.К. Махайским он люмпенизировал культуру и культурную историю, рассматривая участие интеллигенции в культурно-историческом процессе как отрицательный, ущербный фактор, как обман рабочих; он сформулировал самую суть большевизма, выразившуюся, по словам Г. Федотова, в отсутствии социальных и этических моментов, составлявших природу классического социализма, и в апологии власти и техники ("Социализм есть Советская власть плюс электрификация"). Само превращение Ленина в "нового Демиурга" (возмутительного для русской интеллигенции и особенно эмиграции, например, И. Бунина), светский культ вождя и мифологизация его идей, лично Ленину глубоко чуждые, были неизбежным следствием идеологизации экономики и политики, науки и философии, литературы и просвещения в глубоко традиционалистской стране, а также догматическое следования самого Ленина априорным верообразным постулатам ортодоксальной теории ("Учение Маркса всесильно, потому что верно" и т.п.). Сталин лишь довершил "катехизацию" социалистических учений (включая марксизм), сводя любую социальную, политическую или КУЛЬТУРную теорию к элементарной и легко усваиваемой обыденным СОЗНАНИЕМ схеме, и в этом отношении он был верным последователем и лучшим продолжателем "дела Ленина". Все попытки противопоставления Ленина и Сталина (предпринимавшиеся оппонентами последнего в 20-е гг., в период хрущевской "оттепели" и горбачевской "перестройки", были лишь иллюзией или тактической уловкой интеллигенции в борьбе с неизбежными крайностями тоталитарного режима и тоталитарной культуры, еще не успевшими в полной мере реализоваться при Ленине, но фактически "запрограммированными" им.

Словарные статьи, связанные с Ленин

Произведения Ленин в нашей библиотеке

Нет ничего в библиотеке.

Книги, в которых есть упоминания о Ленин